«Мы промываем людям мозги прежде, чем они составят мнение»


Разработчики движка для создания видеоигр Unity обеспокоились, что косвенно способствуют убийству людей: компания набрала контрактов с американской армией на $672 тыс. только за прошлый год. В рамках истории сотрудничества Пентагона и гейм-индустрии — это капля в море, однако сотрудники Unity призвали руководство к ответу. И получили — неутешительный.

«Вы хотите использовать свои разработки, чтобы ловить плохих парней? Может, не нам следует решать, кто же эти плохие парни», — возмущается разработчик игрового движка Unity. Речь не о плохих парнях в видеоигре (и не о демонизации русских в Call of Duty, набившей оскомину даже далеким от гейминга людям), а вполне реальных. Пентагон заказал у компании работы по моделированию симулятора прототипа потенциального вооружения, над которым, как пишет издание Vice (а точнее, его игровое подразделение Waypoint), трудится неофициальное подразделение Unity Technologies GovTech.

Часть сотрудников компании терзается вопросом: этично ли используется продукт, над которым они работают? Ведь игровой движок создавался людьми, убежденными в том, что «мир становится лучше, когда в нем больше творцов», гласит меморандум компании. По соседству с ним на сайте размещен раздел, посвященный проектам для правительства и аэрокосмической промышленности.

Unity — программное обеспечение для разработки игр в 2D, 3D и VR. На нем созданы такие игры, как Genshin Impact (одна из трех самых успешных мобильных игр за всю историю), Hearthstone, Pillars of Eternity, Ori and the Blind Forest и множество других.

Едва ли разработчиков обеспокоил сам факт сотрудничества компании с Пентагоном, который напрямую и косвенно работает бок о бок с игровой индустрией дольше 60 лет.

Со стрима — в поле

Игры встречают новобранцев у самого порога армии. «Ты играешь в Call of Duty? Может быть, когда-нибудь будешь так же хорош, как я», — говорит американский солдат и по совместительству профессиональный геймер участнику игровой выставки и вручает ему флаер. Он зазывает любителей видеоигр в USArmyEsports — киберспортивную армейскую команду.

Ее собрали в 2018 году, после того как американская армия впервые за 13 лет не достигла целевых показателей по призыву. В 2020 году роль USArmyEsports только возросла: солдаты-геймеры засели на платформе Twitch, удвоившей количество просмотров во время пандемии.

Солдат день за днем стримит по 11 часов, и к нему приходят геймеры примерно с таким разговором. «О, ты снова здесь? То есть ты правда в армии играешь? Там правда есть киберспортивная команда? — пересказывает беседу сержант Джошуа Дэвид, лучший игрок армии США в Call of Duty. — А потом будто открывается шлюз, полный удивления: как? почему?»

Правда, новобранцы не сразу попадают в USArmyEsports, если вообще попадают. Сначала им нужно пройти стандартную армейскую подготовку, после которой они, как и другие солдаты, могут быть отправлены на миссию. И речь не о квесте в виртуальной реальности.

В разгар пандемии вокруг кампании в Twitch (по неподтвержденным данным, платформа заключила контракт с Минобороны США на $1 млн) разгорелся скандал: во-первых, армейские стримеры общались с несовершеннолетними, во-вторых, под видом розыгрышей геймпадов заводили на сайт рекрутерского центра, а в-третьих, блокировали в чатах тех, кто задавал неудобные вопросы о военных преступлениях США в Афганистане и Вьетнаме.

Служба в Зекистане

Инициатива армии США казалась свежим решением, хотя в действительности этой тактике 20 лет. В конце 1990-х подполковник Кейси Вардински, отец двух заядлых геймеров, придумал, как привлечь технически подкованных новобранцев. Под вдохновением от Counter-Strike военные разработали игру America’s Army на движке игры Unreal (первой на одноименном игровом движке Unreal Engine — одном из самых наряду с Unity). И все в этой игре было так же, как в настоящей армии, утверждал исполнительный директор игры Майкл Каппс. По словам Вардински, начальные затраты на разработку составляли $7,6 млн, еще 4 млн — на новые миссии и техподдержку. Если игра привлечет 400 новобранцев, вложения будут считаться окупившимися, рассуждали тогда авторы проекты.

Игра вышла в 2002 году, когда у армии стояла задача привлечь 79,5 тыс. новобранцев. В 2001 году США ввели войска в Афганистан, в 2003 году — в Ирак.

America’s Army впоследствии выросла в серию игр, распространялась бесплатно и использовалась не только как средство пропаганды, но и как учебный симулятор. В те же годы началась работа над игрой, впоследствии получившей название Full Spectrum Warrior. Ее сюжет разворачивается в вымышленной стране Зекистан, куда бежали террористы из Ирака и Афганистана. Изначально она задумывалась как очередной симулятор, однако в итоге из нее вырос успешный коммерческий проект (средняя оценка на Metacritic — 84 балла из 100).

Это же не Ку-клукс-клан

Хотя история использования военными игрового движка Unity не столь же внушительна, как у Unreal Engine, она насчитывает не один год. Однако сейчас ставки возросли. По данным Waypoint, в 2020 году компания заключила три контракта с ВВС США. Два из них — на моделирование и создание прототипа симулятора усовершенствованной системы управления боевыми действиями в рамках стратегии многосредных операций (multi-domain operations advanced battle management family of systems).

Опрошенные изданием Waypoint разработчики сообщают, что контрактами занимается обособленная команда под неофициальным названием GovTech. И они не уверены, что GovTech косвенно не нарушает меморандум компании, который гласит, что ее продукты «не будут использоваться в боевых действиях в реальном времени».

«Вне зависимости от того, работаю я непосредственно на правительственную команду или нет, я расширяю возможности продуктов, которые они продают», — говорит источник. Генеральный директор Unity Джон Риччителло 26 августа заверил сотрудников, что компания не берется за проекты, которые «напрямую помогают убивать людей».

«Многим сотрудникам интересно, работала ли Unity над проектами, которые связаны с симуляцией использования оружия, вооруженных транспортных средств... Ну чему обучают солдат? Мы определенно работаем над системой обучения. Мы не работаем над вещами, которые влекут гибель людей напрямую, — уклончиво рассуждает Риччителло на совещании с сотрудниками. — Обучение солдат — очень широкое понятие, ведь солдаты выполняют много гуманитарных функций... Но тренировать дроны убивать людей? Нет».

Руководство четко дало понять другое: от военных контрактов отказываться не собирается. По словам Риччителло, проекты с военными и правительственными организациями составляют лишь 5% от общего объема. Вместе с тем он проговорился, что Unity работает и на военных других стран, потому что предпочитает не стоять в стороне, а влиять изнутри — в рамках своих этических стандартов. «Не думаю, что мы сделаем что-нибудь для Ку-клукс-клана», — резюмировал гендиректор.

Unity предоставила в прессу реакцию на скандал двух сотрудников, среди которых дочь иммигрантов из Ирака и бывший военный. «Лично я как ветеран Корпуса морской пехоты США и тот, кого дважды направляли в Ирак, считаю, что в этой дискуссии важно уважать ветеранов всех стран, работающих в Unity», — сказал бывший военный, менеджер по управлению партнерскими операциями Майкл Рейс, и пожурил недовольных сотрудников за недоверие.

Сколько человек из 4 тыс. сотрудников не разделают позицию руководства, неизвестно. Гендиректор намекнул, что несогласным с компанией не по пути.

СПРАВКА «ИЗВЕСТИЙ»
В 2019 году подобный скандал разгорелся вокруг Microsoft. Около 50 сотрудников компании потребовали от руководства расторгнуть контракт с Пентагоном, по заказу которого разрабатывались очки дополненной реальности HoloLens.

Новые задачи, старые правила

По данным исследовательской компании Research and Markets, в 2021 году сотрудничество коммерческих игровых компаний с военными только набирает обороты на фоне интереса к стратегии гибридной войны. «Поскольку рынок коммерческих игр опередил оборонную промышленность с точки зрения производства игровых технологий, игровые движки, такие как Unreal Engine от Epic Games, все чаще используются в отрасли для разработки симуляторов», — говорится в исследовании.

Вопрос политики, по-видимому, раньше не слишком беспокоил сотрудников Unity. Игровой движок известен в первую очередь как излюбленный инструмент инди-разработчиков, среди которых немало тех, кто отстаивает игры как оплот эскапизма. Unity распространяется бесплатно, покупать платную версию должны только компании с оборотом более $100 тыс. и разработчики консольных игр. Следить за конечным продуктом и тем более подвергать цензуре — вне зоны ответственности компании. То же с Пентагоном: военные покупали движок и использовали в своих целях, но теперь привлекли сотрудников Unity напрямую к созданию продукта в рамках концепции многосредных боевых действий, которая может определить облик армии США на десятилетия.

«Индустрия видеоигр построена на технологиях, которые финансировались для военных исследований», — рассказывает Кори Мид, автор книги «Военные игры: видеоигры и будущее вооруженных конфликтов» (War Play: Video Games and the Future of Armed Conflict).

Пентагон спонсировал Массачусетский технологический институт, где в 1962 году создали первую компьютерную коммерческую игру Spacewar! Она входит в список 10 самых важных видеоигр всех времен по версии библиотеки конгресса наряду с Tetris, Super Mario Bros. 3, серией Warcraft и другими.

По словам Кори Мида, в конце 1990-х военное финансирование начало иссякать, и тогда многие технологические компании и разработчики симуляторов обратились к индустрии видеоигр, чтобы заработать. Так, американские военные и политические силы стали пользоваться технологическими достижениями перегнавшей их игровой индустрии.

Уроки пропаганды от Call of Duty

И это касается отнюдь не только технологий и аудитории, но и идейной стороны вопроса. В 2013 году Атлантический совет США (в 2019 году его деятельность была признана нежелательной на территории РФ. — Прим. ред.) нанял сценариста и продюсера серии игр Call of Duty Дэйва Энтони. Именно он написал сценарий к Call of Duty: Black Ops, одной из самых кассовых частей серии, в которой советский генерал Никита Драгович пытался нанести удар по США оружием массового поражения, разработанным нацистским ученым. Дэйва Энтони позвали в Атлантический совет, чтобы использовать его опыт ведения вымышленных войн для прогнозирования реальных военных конфликтов.

Если мыслить как художник, непрямолинейно, их действительно можно предвидеть, считает бывший игродел. Он объяснял идею на примере теракта 11 сентября, за что получил немало критики: «Подумайте об этом. Было телешоу под названием «Одинокие стрелки» — спин-офф «Секретных материалов» — и в пилотном эпизоде, который вышел в эфир за полгода до теракта и где правительственные заговорщики, выдающие себя за террористов, пытаются захватить контроль над коммерческим самолетом, направив его во Всемирный торговый центр».

Как использовать эту модель на благо Америки, он показал на примере своей первой инициативы в Атлантическом совете: ввести институт школьных маршалов в штатском, которые бы охраняли детей от террористов. Это многим не понравится, так что властям лучше применить его опыт из гейм-индустрии: «Когда мы запускаем новый продукт, в реакции аудитории на который не уверены, мы продаем его... Продаем столько, сколько можем. Нравится он людям или нет, мы по сути промываем им мозги, прежде чем они сами составят свое мнение, чтобы в итоге он пришелся им по вкусу».

Екатерина Кориненко

Источник: iz.ru